Проекты / «ВИЗАНТИЯ И АРМЯНЕ» /

Часть 1. В византийской историографии образ еретика сопровождается этнонимом армян

Вот уже более 1500 лет между православной и григорианской церквями нет церковного единства. 1 ноября 451 года завершилось заседание Четвертого Вселенского Собора Христианской Церкви, который   был созван византийским императором Маркианом в Халкидоне, самом древнем районе Константинополя (ныне Кадыкёй, район в Азиатской части  Стамбула). После собора император издал строгие законы относительно монофизитов с указанием ссылать их в заточение или изгонять; сочинения их сжигать, а за распространение их казнить. Так начался раскол между армянами-монофизитами и православным христианским миром.

 

В память об этой дате  1 ноября сайт erevangala500.com представляет новый проект с эксклюзивными фактами из древних источников - «ВИЗАНТИЯ И АРМЯНЕ».

 

Византийская цивилизация - явление уникальное. Впитав в себя античные традиции, византийцы смогли создать собственный мир, оставивший в истории богатый и яркий пласт. В число народов, живших на территории империи, входили и армяне, вольготно чувствовавшие себя и даже добиравшиеся до вершин власти. Но внимательное изучение источников позволяет установить тот факт, что отношения между армянами и ромеями были не такими безоблачными, как кажется с первого взгляда.  Особенно ярко это отразилось в источниках XI - XIII вв., когда Византийская империя вела тяжелую борьбу как  кочевниками, так и крестносцами. С этого времени у греков рассеялись последние иллюзии насчет армян.

 

 

В византийской историографии образ еретика сопровождается этнонимом армян

 

Армянская церковь на протяжении веков была очагом возникновения различных еретических учений. Политические функции церкви были значимы в связи с тем, что армянский народ  был лишен своей государственности. В юрисдикции армянской церкви оставались только области в марзбанстве Армения, в то время как области, перешедшие к Византии, попали под юрисдикцию Константинопольского патриарха (3, 184). 

 

Армянская церковь, оказавшаяся в довольно щепетильном положении после 387 г.,( т.е после раздела Армении между Византией и Сасанидами)  безоговорочно следовала за постановлениями Константинопольского патриархата в теологических вопросах.  Так, решения первых трех Вселенских соборов - Никейского в 325г., Константинопольского в 381г., и Эфесского в 431г. - были ею приняты без возражений. Но постановления Халкидонского собора 451г. армянская церковь не приняла, в дальнейшем объясняя тем, что, дескать, армяне были заняты войной с персами и не имели возможности ознакомиться с содержанием постановления(3,186).

 

Так начался раскол между армянской и византийской церквями. Следует отметить, что византийская церковь в лице константинопольского патриарха Сергия (610 - 638гг.) пошла на уступки, выдвинув  монофелитское вероучение в 616г.(3,195) и  предложив создать унию из православных церквей, что закончилось  провалом. К тому времени еще не было разработано определение александрийского патриарха Кирилла о единой природе Христа, что было предметом спора между монофизитами и халкедонитами. Первые не признавали двуединую природу Христа как Богочеловека. Халкидонский же символ веры заключается в признании единства личности Христа и различие его двух полноценных природ, божественной и человеческой. Он учит, что Христос имел ту же сущность, что и люди, и что обе его природы (человеческая и божественная) существуют нераздельно и неслиянно, не будучи поглощёнными одна другой.

 

Пытаясь найти компромиссное решение, Сергий выдвинул монофелитскую теорию о том, что Христос имеет две природы, одно лицо, одну волю и одно воздействие. Быстро распространившись, это вероучение  нашло поддержку даже в лице папы римского  Гонория II (607 - 638). В 638г.  монофелитство было объявлено государственной доктриной византийской церкви(3,196).

 

Но и здесь армянское духовенство проявило свое коварство. Оказав мощное сопротивление унии с византийской церквью, армянский каталикосат испортил отношения с  картлийской и албанской церквями, видевшими в византийской церкви и византийском императоре гарант защиты от посягательств Сасанидов. К тому же на Ближнем Востоке ходили слухи о неминуемом вторжении арабских завоевателей. Видя тщетность попыток добиться взаимопонимания с армянским духовенством, VI Вселенский собор 680-681гг. объявил ересью монофелитское вероучение, которое могло бы стать официальным компромиссом и сыграть главную роль в создании мощного военно-политического объединения православных церквей Востока против иноземных захватчиков. И это знаменовало собой окончательный теологический разрыв между двумя церквями(3,199).

 

С тех пор в византийской историографии образ еретика чаще всего сопровождался этнонимом армян. Тем более что армяне сыграли существенную роль в иконоборческом движении, на долгое время идеологически парализовавшем византийскую церковь и приведшем византийское общество к гражданской войне.

 

Византийская империя с целью самосохранения  пыталась тщательно нивелировать этнокультурную специфику армянского населения, компактно проживающего в восточных фемах,  путем их  эллинизации  и переселяя на другие территории. Таким образом, армянские общины оказались в различных регионах Византии, в том числе  и на Балканах.

 

Между 1082 и 1094гг. в Константинополе появился некто Нил, информацию о котором мы находим в «Алексиаде» византийской принцессы Анны Комниной: «<...> церковь, подобно грязному потоку, захлестнул Нил, он привел в смятение души всех людей и многих увлек в пучину своей ереси» (1, 264). Далее автор несколько поверхностно приводит смысл вероучения Нила, суть которого заключается в неверном истолковании ипостасного соединения. А именно, согласно Нилу, человеческое естество обожествилось по природе. Доктрина же византийской церкви заключалась в соединении в Иисусе двух начал: божественного и человеческого.

 

«В это время в столице было много армян. Нил явился искрой среди их готового вспыхнуть нечестия. Нил стал вести частые беседы с Тиграном и Арсаком, которых его учение особенно побуждало к нечестию» (1, 265).

 

Выдающийся русский византинист Ф. Успенский пишет: «В названных здесь именах  мы должны, конечно, усматривать не представителей армянской национальности, но выразителей того противоцекровного учения, которое принято называть армянским...» (2, 146). Переводчик «Алексиады», видный византинист Я.Н. Любарский, справедливо недоумевает, почему же такой маститый ученый, как Ф. Успенский, не хочет замечать, что приведенные Анной имена - типично армянские. К тому же сохранилась речь императора Алексея Комнина о заблуждениях армян, направленная, скорее всего, против последователей Нила (1,551 - 552).

 

Алексей, понимавший, в каком неловком положении останется константинопольский патриархат, если позволит дальше проповедовать еретическое учение, немедленно созвал синод, который предал Нила и его последователей анафеме.

 

Второй раз формула армянин=еретик встречается на страницах «Алексиады» в XIV главе, в эпизоде, связанном с походом на турок в 1114г. Здесь данные Анны и других источников несколько разнятся: если в «Алексиаде» Алексей выступает в поход «<...> в ноябре месяце восьмого индикта (т.е. ноябрь 1114г. - З.М.)», то другие источники сообщают о начале похода весной того же года.

 

Перейдя Истр, император остановился под Филиппополем - столицей Фракии. «Как кажется, город был некогда большим и красивым», - пишет Анна (1, 394). Перечисляя бедствия, свалившиеся на него, она к их числу относит и армян. «Кроме всего прочего, на Филиппополь обрушились бедствия из-за множества живших там нечестивцев: этот город поделили между собой армяне, так называемые богомилы <...> и богоненавистнейшие павликиане...» (1, 395). «Вот этих последователей Мани <...>людей грубых, жестоких, без колебаний проливающих кровь, победил на войне и захватил в плен славный среди императоров Иоанн Цимисхий; он вывел их из Азии, из областей Халива и Армениака, во Фракию и заставил поселиться около Филиппополя» (там же). О переселении еретиков Цимисхием (969 - 976) сообщает и ряд других источников, по словам которых император сделал это по совету патриарха Феодора. К тому же Цимисхий преследовал и определенные политические цели - создать на своих балканских границах кордон от набегов руссов, которых в византийских источниках называют  «скифами»  

 

«<...>они  (манихеи, т.е. еретическое население Филиппополя - З.М.)притесняли находившихся в городе христиан, грабили их имущество, не обращая никакого или почти никакого внимания на посланцев императора... К тому же к ним влился горький поток армян... Это было, как бы сказать, стоком всякой скверны» (1, 396).

 

Таким образом, из рассмотренного источника следует, что византийская церковь и общество не смогли простить армянам их отказ от церковной унии, тем самым изменив империи, которая всячески поддерживала христианское население востока в их борьбе с Сасанидским Ираном за национальное самоопределение и исповедование христианства, как средства для сохранения своей самобытности. 

 

 

Литература:

1.Анна Комнина, Алексиада. Изд-во «Алетейя», сер. Византийская Библиотека, Спб, 1996
2.Успенский Ф. , Богословское и философское движение в Византии XI - XII вв. Журнал Министерства Народного Просвещения, №277, Спб, 1891.
3.Шагинян А.К. , Армения и страны Южного Кавказа в условиях византийско-иранской и арабской власти. Изд-во «Алетейя», сер. Византийская Библиотека, Спб, 2011

 

 

Заур Мехдиев

Библиотека

Армяне в Грузии (с древних времён до сегодняшнего дня) (отрывки)

Подробнее

Социальные сети