Эриванская крепость без армян /

История строительства Эривани и армянские фальсификации

В 1997 году в Анкаре была издана книга "Акты армянского культурного террора". Особое внимание в ней уделено процессу деазербайджанизации территории Республики Армения, более 80 процентов населения которой на момент русского завоевания в 1828 году, состояло из мусульман (в большинстве своем – азербайджанцев). 

Самые очевидные факты армянского культурного терроризма связаны с историей столицы Армении – Еревана. Эриванская крепость, захваченная русскими войсками в 1828 году, строилась в период турецко-персидских войн за Кавказ. В «Книге путешествий» турецкого географа Эвлия Челеби написано: «В 910 году хиджры [1504 году христианского летоисчисления] Сефевидский Шах Исмаил поручил своему полководцу Реванкули-хану строительство крепости. Она была построена на юго-восточной стороне реки Занги за 7 лет из камня и кирпича. Крепость красивая, хоть и одноэтажная». (Челеби Э. «Книга путешествий» Том I. Стамбул, 1324 год хиджры. С. 271).

Крепость, названная в честь Реванкули-хана Ревангала, или просто Реван (Иреван), в дореволюционной русской традиции – Эривань, часто переходила из рук в руки. Она была надстроена и расширена по приказу османского генерала Ферхата-паши. (Арутюнянц В. «Ереван» Москва, 1968. С. 18). Город Эривань согласно турецкой градостроительной традиции состоял из следующих кварталов: Гала (крепость), Шехир (город), Тепебаши (нагорная часть), Демирбулак (железный источник). Эриванская крепость была окружена двойными зубчатыми стенами. Попасть в нее можно было через трое ворот: Тебризские, Ширванские и Переправные. Разрушение Эриванской крепости произошло в 1864 году. Стены, похожие на стены Бакинской крепости, были разобраны, кладбища уничтожены, названия кварталов изменены, а жители (азербайджанцы) выселены.

Известно, что культурная идентичность является важным фактором, способствующим выживанию наций. Безразличное отношение к культурным и историческим ценностям может привести к разрушению идентичности, нанести серьезный ущерб процессам национального строительства. Англичане говорят, что будущее выстрелит из пушки в того, кто кинет камень в прошлое. Потому и современное общество, отвечающее высоким социальным, нравственным и экономическим стандартам немыслимо без лежащих в его основе культурных традиций. А это требует бережного отношения к культурному наследию.

Данная работа имеет своей целью привлечь внимание международной общественности к тому, как последовательно и жестоко уничтожались в Армении очевидные факты многовекового азербайджанского присутствия. При этом велась широкая пропаганда, представляющая армян жертвой так называемого «геноцида» 1915 года.

К сожалению, и сегодня, на рубеже столетий, терроризм, приносящий страдания невинным людям, является горькой реальностью. Одной из наиболее неприемлемых и непростительных его форм является терроризм культурный.

Войны, грабежи и насилие были в истории большинства наций. И, как правило, они сопровождались уничтожением культурно-исторического наследия противника. Отличительной чертой армянского культурного терроризма является его перманентный характер. То есть он велся постоянно, даже в период мирных взаимоотношений азербайджанцев и армян. Или, может быть, война велась всегда, а азербайджанцы лишь принимали за мир ее холодные фазы? Недоброжелатели азербайджанцев хорошо понимали, что лишить истории означает оставить без будущего. Потому что народ, не знающий своей истории, становится легкой добычей недругов. Ознакомившись с изложенными фактами, читатель сам должен дать ответ на вопрос: можно ли утверждать свои достоинства путем унижения ближнего, создавать свою культуру путем разрушения культуры соседних народов?

 

Акты армянского культурного терроризма против Азербайджана и азербайджанцев

 

История армян (хаев) мало отличается от истории других не самых больших народов. Они еще в IV веке н.э. попали в зависимость от более крупных соседних государств. Территорией Армении владели римляне, персы, византийцы, арабы, турки. Как любой народ, лишенный независимости, армяне стремились к ее достижению. А это требовало определенного идеологического обоснования. Обоснование было найдено уже в новейший период в идее восстановления Армении в границах I века до н.э. Согласно картам, составленным армянскими идеологами, Армения того времени (так называемая Великая Армения) находилась между тремя морями – Черным, Каспийским и Средиземным. То есть она включала в себя ряд территорий, входящих в современные Грузию, Азербайджан, Турцию, Иран, даже Сирию и Ирак.

К слову сказать, факт существования в то время Армении в таких границах ставится под сомнение рядом европейских и советских историков. Например, многие специалисты по Кавказу полагают, что северная граница Армении проходила тогда по реке Араке. Однако армянские идеологи передвинули ее севернее – к берегам реки Куры. И объявили эту спорную границу северной границей исторического проживания армянского народа. Так появились армянские притязания на территорию Азербайджана.

Но, согласно общепризнанным фактам, в тех «максимальных» границах Армения просуществовала всего 40 лет (95–55 гг. до н.э.). То есть за исторические армянские земли была выдана территория страны в короткий период ее расширения за счет соседних государств.

Это довольно странная позиция. Многие государства когда-то занимали территорию большую, чем сейчас. Однако далеко не все считают своими некогда завоеванные и потерянные земли. Современные римляне не претендуют на Хорватию или Сирию, русские на Финляндию или Польшу, турки на Сербию или Ирак.

В 1828 году после присоединения к России Эриванского и Нахичеванского ханств на их территории была создана Армянская область. Начался период массовой армянской миграции из Турции и Ирана в Российское Закавказье. Тут-то и были востребованы карты Армении I века до н.э., доказывавшие принадлежность армянам земель упомянутых ханств. А доказывать это нужно было потому, что значительное большинство населения наспех созданной «Армянской области» состояло из азербайджанцев. О неармянском характере этих земель свидетельствовали топонимы, архитектурные памятники и многое другое.

Так началась кампания по выдавливанию азербайджанцев и следов их присутствия с территории новообразованной Армении, успешно закончившаяся в начале 90-х годов XX века.

Наступление на азербайджанское культурное наследие велось по следующим направлениям.

 

Культурный плагиат: присвоение произведений азербайджанского музыкального, архитектурного, прикладного и прочих видов искусств.

Арменизация: изменение азербайджанских топонимов на армянские.

Ликвидация: то, что по соображениям здравого смысла нельзя было присвоить и арменизировать (мечети, гробницы, кладбища), просто уничтожалось.

Примеров культурного плагиата особенно много в музыкальной сфере. Значительное количество азербайджанских народных песенных и танцевальных мелодий представлено как армянские. Не избежали подобной участи и произведения азербайджанских композиторов. Причина присвоения произведений азербайджанского музыкального искусства проста. Это – азербайджанское культурное влияние. Классик армянской литературы Хачатур Абовян писал в начале XIX века: «Наш народ настолько вошел во вкус их языка, что песни, сказки, пословицы – все у нас по-тюркски...» (Абовян X. «Раны Армении». Ереван, 1977. С. 112).

Так что названия азербайджанских заимствований, как правило, не изменялись. Например, в Армении довольно популярен танец «Кочари». Это слово переводится с азербайджанского как «кочевник». Поскольку в Армении часто противопоставляют армян («оседлых», а потому «культурных») азербайджанцам («кочевым», а потому «бескультурным»), заимствованный характер танца «Кочари» вполне очевиден.

Впрочем, нужно ли ставить заимствования в укор армянам? Все народы взаимодействуют с соседями и часто перенимают у них формы народного творчества. На протяжении многих столетий армяне не только соседствовали с тюрками (турками в Турции и азербайджанцами на Кавказе). Они жили в государствах (Османской Турции, Иране Сефевидов и Каджаров), где турки и азербайджанцы составляли правящий класс. А следовательно, доминировали в определении эстетических и художественных вкусов. Так что вряд ли у армян был большой выбор по части заимствований. Не случайно они давали высокую оценку музыкальному творчеству и языку соседей: «А ведь певали по-тюркски. Многие из них [армян] ни одного слова не понимали, но душа слушающего и созерцающего улетала в рай и возвращалась...»; «Проклят тюрок, но слово его благословенно». (Абовян X. Указ, соч. С. 28, 54).

Неудивительно, что вместе с музыкой армяне перенимали у соседних народов и музыкальные инструменты. Среди них – знаменитый «армянский дудук». Это не что иное, как азербайджанский балабан, возможно, названный армянами «дудуком» вследствие недостаточного знания азербайджанского языка. «Дудук» по-азербайджански означает «свирель». Похожее слово (дудка) есть и в русском языке, возможно, заимствовано из татарского.

 

Эривань - город минаретов

Эривань была известна как город минаретов. Большинство мечетей этого города имели выложенные плиткой внутренние дворы, украшенные фонтанами. История не сохранила точной статистики количества мечетей в Эривани до русского завоевания. Известно, что в начале XX века их осталось только восемь. Среди них самая старая построена по приказу Шаха Исмаила в начале XVI века. Мечеть эта была ярким образцом архитектуры начала правления в Иране тюркской династии Сефевидов. Во время армяно-азербайджанских столкновений 1918 года мечеть была сожжена вместе с прятавшимися в ней азербайджанцами.

Пятничная (Джума) мечеть была построена в 1606 году по приказу Сефевида Шаха Аббаса (1557-1625), который двумя годами раньше отвоевал Эривань у турок. По архитектурному стилю и монументальности Эриванская Джума мечеть напоминала Гянджинскую, так как была построена тем же архитектором – Шейхом Баха-эд-дином. Она находилась в крепости с восточной стороны дворца Эриванских ханов, известного как Дворец Сердара (правителя). В архитектурный комплекс мечети входили: медресе, библиотека, гостевой дом и широкий внутренний двор. В начале 1918 года этот архитектурный комплекс, находившийся в запустении, был описан археологом-азербайджанцем Исабеком Азизовым. Вскоре после этого он был полностью разрушен.

Из других мечетей Эриванской крепости сохранились сведения о мечети Реджепа-паши, построенной в 1725 году и мечети Аббаса-Мирзы (начало XVIII века). В XIX веке обе мечети были снесены, на месте мечети Реджепа-паши был возведен православный собор. Другие мечети города располагались в квартале Шекер, вне крепостных стен. Это городская мечеть Зал-хана, мечеть Новрузали-хана, мечеть Гусейнали-хана (Голубая мечеть), мечеть Ходжи Джафар-бека, мечеть Мухаммеда Сертиб-хана. Последние три были полностью снесены, а мечеть Зал-хана была перестроена под художественную галерею после 1945 года.

В сегодняшнем Ереване о некогда живших там азербайджанцах напоминает только Голубая мечеть, отреставрированная иранскими специалистами за их же счет. Голубая мечеть – прекрасное произведение азербайджанского зодчества, включавшее внутренний двор размерами 71x47 метров, ритуальную постройку, купол и минарет, выложенные декоративными фаянсовыми плитками, украшенными майоликой. Из четырех первоначально существовавших минаретов мечети три были снесены после 1945 года.

По словам европейских путешественников, посетивших Эривань до русского завоевания, жемчужиной городской архитектуры был уже упоминавшийся Дворец Сердара.

 

Из истории вопроса

 

В начале XVI века, когда закладывался город, Шах Исмаил приказал строить дворец для своих наместников. Вплоть до середины XIX в. дворец постоянно подвергался перестройке и расширению. Кроме того, в процессе перестройки он обогащался новыми архитектурными элементами. Дворцовый комплекс располагался во внутренней части Эриванской крепости. Вот как описывал его посетивший Эривань в XVII веке французский путешественник Шарден: «Дворец наместника, расположенный в крепости, построен на краю отвесной скалы. Это внушительное великолепное здание производит особое впечатление летом».

Здание, описываемое Шарденом, было одной из построек дворца, возведенной в присущем тюркско-иранской архитектуре того времени стиле «хашт бехишт» (восемь уровней рая). В этом стиле построен также Фарфоровый павильон дворца Топкапы в Стамбуле.

В XVIII веке Гусейнали-хан Хойский поручил архитектору Мирзе Джафару перестроить дворцовый комплекс. В 1791 году его сын Мухаммед-хан возвел зеркальный зал и летнее строение (уау imareti). Новые пристройки к комплексу были добавлены Махмуд-ханом в 1798 году. Английский путешественник Х.Линс назвал Дворец Сердара сердцем Эриванской крепости. Он был гордостью дворцовой архитектуры периода правления тюркских династий Сефевидов и Каджаров. Комплекс состоял из системы внутренних дворов, вокруг которых группировались постройки различного назначения. При этом дворы были украшены фонтанами и цветниками.

Изящество садово-ландшафтной архитектуры гармонировало с внутренним убранством дворца, приводившим в восхищение гостей города. Как каменные, так и деревянные стены дворца были покрыты богатой орнаментальной и живописной росписью, представлявшей цветочные и геометрические узоры, батальные сцены, охоту, просто портреты. Последние картины и портреты появились на стенах дворца в 1850 году. Их автором был известный азербайджанский художник Мирза Кадым Иревани (1825–1875). Дворец Сердара был разрушен в период между 1913 и 1918 годами. Путешественники и художники XIX и XX веков оставили много картин, посвященных дворцу, десятки его рисунков и фотографий. Поэтому, несмотря на упомянутую акцию вандализма, современники имеют подробные сведения об этом образце высокого архитектурного стиля и художественной эстетики.

Средневековая Эривань, лежавшая на пересечении торговых путей, была еще и городом караван-сараев. Известны и их названия – Сердар, Шейх-уль-Ислам, Даглы (Нагорный), Сулу (Водный), Сусуз (Безводный), Гаджи Али, Кемюрчю (Угольщики), Гюрджи (Грузинский), Джульфа, Гаджи Ильяс и пр.

 

Чужое становится «своим»

 

Так старый азербайджанский город Иреван был постепенно превращен в армянский Ереван. Арменизация территории Эриванского ханства шла путем уничтожения многочисленных архитектурных памятников времен правления тюркских династий Ак-коюнлу, Кара-коюнлу, Сефевидов и Каджаров. До появления в XVII веке Эриванского ханства его территория входила в состав Чухур-Саадского беглярбегства и управлялась эмирами из тюркского рода Саадлу (по имени основателя рода – Эмира Саада). Гробницы эмиров Саадлу, находившиеся в селе Джафарабад Зангибасарского района (позже стало селом Аргаванд Масисского района), были полностью уничтожены (Нейматова М. «Каменная память веков» Баку, 1987). Некоторые памятники тюрко-исламской культуры были перестроены под видом реставрации. Так появлялись новые церкви с вымышленными датами строительства.

Однако акты культурного терроризма армян проводились не только на территории Эриванского ханства (современной Армении), но и в Баку. Во время резни азербайджанцев, учиненной армянами в этом городе в марте 1918 года, были сожжены здание мусульманского благотворительного общества «Исмаилие», мечеть Кейкубада XIV века, входившая в комплекс Дворца Ширваншахов, Джума мечеть XI века – одна из древнейших в Азербайджане. В октябре 1918 года армяне – солдаты и офицеры русской армии – сожгли на севере Ирана город Урмия, населенный азербайджанцами из рода афшаров.

 

Кому это было нужно

 

Во время войны армянские оккупанты продолжили политику культурного геноцида по отношению ко всему азербайджанскому. На занятых армянскими войсками территориях сжигались мечети, музеи и театры, разрушались кладбища и гробницы. В 1992 году в ходе кровавого штурма города Ходжалы были серьезно повреждены археологические памятники Ходжалинской цивилизации, относящейся к бронзовому веку. В руках подобных вандалов находится и азербайджанский город Шуша, памятникам которого нанесен серьезный ущерб. Этот город – один из четырех, известных как заповедник аутентичных образцов азербайджанского городского планирования и традиционной архитектуры.

Азербайджанская Республика неоднократно обращалась в ЮНЕСКО с жалобами на разрушения армянами азербайджанских памятников культуры, но эти обращения не имели никакого результата. Не принесла пользы и десятилетняя Программа культурного усовершенствования, реализованная ЮНЕСКО в 1988–1997 годах. Более того, основные акции армян по ликвидации и присвоению азербайджанского культурного наследия были предприняты именно в ее рамках.

 

Ереван в османо-персидскую эпоху 

В XVI—XVII веках Эривань (перс. ايروان‎), как и весь регион, служила ареной опустошительных османо-сефевидских войн. В ходе борьбы между Османской империей и Сефевидами, Эривань 14 раз переходила из рук в руки. В начале XVI век город захватил шах Исмаил Сефеви. В 1554 году двухсоттысячная турецкая армия захватила и разорила Эривань, при этом вырезав большое количество населения. В 1580 году город был взят войском турецкого визиря Лала Мустафа-паши, который разрушил Эривань и взял в плен 60 000 христиан и мусульман. Преемник на посту командующего, паша Фархат в 1582 году построил в городе новую крепость. Крепость имела почти квадратную в плане форму — длина 850 м, ширина 790 м, с трех сторон обнесена двойной стеной, и лишь с западной стороны — к обрывистому берегу р. Зенги стена была одиночная. Крепость была снабжена тремя воротами: Тебризские на юг, Майданные (по находившейся перед ними площади; также ворота Яйлы) на север и Мостовые — в сторону реки. Перед Майданными воротами находилось большое предместье — так называемый «старый город» Красный мост через реку, к которому выводили Мостовые ворота, был построен в 1679 г.; он прикрывался построенным на возвышении укреплением Кечигала. В 1604 г. крепость была взята шахом Аббасом I.

В 1635 г. Эривань (осман. روان) вновь был захвачен турками, но спустя несколько месяцев после длительной осады отбит персами. По турецко-персидскому мирному соглашению в 1639 г. окончательно вошел в состав Персии. С крахом Сефевидской империи, Эривань была вновь взята турками (1723). Французский автор тех лет Д. Сагредо пишет: «Спустя 10 лет город был возвращен Надир-шахом».

В Сефевидском государстве Эривань была центром Чухур-Саадского беглербекства, правитель которого носил титул сардара, с 1747 года — хана. Беглербекство часто называлось не только по имени города, но и Чухур-Саад (азерб. Çuxur-Saad, арм.ՉուխուրՍադ, перс. چخورسعد‎) — «местность Саад», по имени тюркского племени саадлу, многие представители которого правили и занимали административные посты в беглербекстве. Эвлия Челеби насчитал в городе 2060 «крытых глиной домов»[12]; к моменту же русского завоевания (1827) город имел 1 700 зданий, 850 лавок, 7 церквей, 10 бань, 7 больших караван-сараев, 5 площадей (майданов), 2 базара, и 2 школы

 

В результате войн, к 1804 году население Эривани сократилось до 6 тыс. жителей, но уже к 1827 году население города составляло уже более 20 тысяч.

Из эриваньских мечетей сохранилась только мечеть Гусейнали хана (Голубая мечеть), 1776), недавно отреставрированная иранскими мастерами.

Библиотека

Армянские инородные сказки

Подробнее

Социальные сети